Однажды к мудрому Ходже
Погонщик обратился.
«Готов с ума сойти уже!
Считать я утомился.

Велел одиннадцать ослов
Мне перегнать хозяин.
А как считать до ста голов,
Пожалуй, с детства знаю.

Я сел на одного осла.
В пути их стало десять.
А на привале, вот дела,
Одиннадцать -- на месте.

Был счёт в пути всегда таков,
Другой же, на привале.
Пересчитай, Ходжа, ослов,
Сколь видишь сам глазами?»

Хоть бедолагу было жаль,
(Поди, с досады мрачен),
С улыбкою Ходжа сказал:
«Двенадцать, не иначе!»

Котячье счастье
Владимир Шебзухов


Однажды за своим хвостом
По кругу котик бегал.
Уставший к вечеру, о том
Коту-отцу поведал.

«А, знаешь ли, что говорят
Мне часто в суете:
От жизни уж не жди наград,
Ведь счастье всё – в хвосте!

Так и кружился целый день...
Устал, ни дать, ни взять.
А, ведь всего, казалось, дел –
Себя за хвост поймать!

Тем самым счастье, наконец,
Поймать и удержать.
Быть может, дашь совет, отец,
Чтоб сладко было спать?»

С улыбкою в свои усы,
Ответил старый кот:
«Я был таким, как ты, мой сын.
Ловил свой хвост, так вот,

Чтоб, наконец, настал покой,
Не помешает знать;
Хвост не поймал, ни дать, ни взять,
Но он – всегда с тобой!»

Предвкушение
Владимир Шебзухов


Есть предвкушения минуты,
(И у тебя и у меня)
Ждёшь, что вот-вот всё будет круто,
А получается фигня!

Но место есть и для такого,
(Пусть не желал и не хотел)
Что быть -- фигне, не ждать другого!
И вдруг… как в воду ты глядел!

.

Одна и та же молитва

Владимир Шебзухов



Был, как-то, приглашён на ужин проповедник.
Уже накрытый стол, был полон всяких яств.
Гость для хозяина -- почётный собеседник.
В такой богатый дом пришёл он в первый раз.

Рассевшись за столом, взглянули все на гостя.
Услышать собрались молитву пред едой.
Но гость вдруг произнёс, не дожидаясь тоста:
«Молитва быть должна, прочитана не мной!

В любой семье есть главный, присутствует и тут.
Ведь на его плечах ответственность за дом!
От взрослых до ребёнка с него пример берут.
Знать, первому ему молиться за столом!»

Откашлявшись, сказал, в глаза не глядя гостю,
Хозяин, лишь привстал со стула своего:
«Не стоит повторять, с тем согласится взрослый,
Одно и то же вновь и больше ничего!»

И гость привстал в ответ, хозяина послушав.
Уж приоткрыл уста, чтоб, как-то, возразить.
Нежданно детский глас молчание нарушил.
Хозяину-отцу дочь стала говорить:

«Желала по утрам тебе одно и то же.
А в чём, так не пойму, была я не права.
Ведь доброго желать, всегда, наверно, можно…»
Задумался отец, услышав те слова…

Есть захочешь
Владимир Шебзухов


Собака в аэропорту
Наркотики искала.
Найдёт, глядишь, дадут еду.
Но, как и прежде, мало.

На службе, чай, не первый год.
В работе безупречна.
Собака-дока, только вот,
Недоедала вечно.

Обнюхав небольшой багаж,
Нашла, что было надо.
И пассажира (в первый раз)
Вдруг одарила взглядом.

Глазами встретились глаза.
(С находкой не спешила).
А взгляд доходчиво сказал --
«Проблема разрешима!»

Нагнувшись к хладному носу,
Промолвил: «Не вопрос!»
Достал мгновенно колбасу,
О чём мечтал наш пёс…

Что голь на выдумки хитра,
С тобой, читатель, знаем.
И мысли разные, когда,
Порой... недоедаем!

.

Манга Tadayoedo Shizumazu, Saredo Naki mo Sezu.

Едва проснулся утром ранним,
Послал султан слугу за данью.
Пора налоги собирать.
Дабы султану процветать!

Принёс слуга ненужный хлам.
«Отдали, что могли…»
«Тогда вопрос тебе задам,
А как себя вели?»

«Одни, на вид, раздражены,
Другие недовольны…»
«Забыли, видимо, они
О жизни подневольной.

Иди и собери с них дань
Достойную султана.
Сам погляди, какая дрянь,
Теперь налогом стала!»

Приходит к вечеру слуга
С немаленьким добром.
«А как, вопрос я вновь задам,
Вели себя потом?»

«Молчали, плакали навзрыд…»
«Иди и в третий раз!
Внутри мне что-то говорит --
Оставили запас!»

Но в этот раз пришёл ни с чем…
«А как себя вели?»
«Меня встречая, между тем,
Смеялись все они!»

«Ты можешь больше не ходить.
С народа взято всё!
Султан за подданных своих
Ответственность несёт!

О них я думал эти дни
И благо то предрек.
Не горе ожидало их,
Не слёзы, только смех!»

Зёрна на ладони
Владимир Шебзухов



Решил художник, от безделья,
Изобразить на полотне,
С хитринкою произведенье,
Чего в его твореньях нет.

Картиною своей доволен.
И ей название даёт --
«А сколько зерён на ладони?»
Название, ведь, всяк п0ймёт.

Вокруг картины глаз немало.
Доволен каждый был и рад,
Переходя в другое зало,
Что насчитал он — пятьдесят!

Творец в сторонке улыбался.
Сколь было зрителей – не счесть!
Никто взглянуть не догадался,
На пальцы, коих было... шесть!

.

Созвал, как-то, лев всех зверей на собранье.
Открыл длинный список, что в лапах держал.
Зачем, для чего вдруг собрал утром ранним,
Никто не догадывался и не знал.

Зачитывать начал свой список «Так, значит,
Волк, завтра на завтрак ко мне ты придёшь!
Вопросы?» Звучало в ответ, чуть не плача --
«Нет! Коль от судьбы всё равно не уйдёшь!»

Читать продолжая, взглянул на лисицу –
«В обед…» -- так не смог до конца дочитать.
От взгляда того -- в страшном сне не приснится --
Сумела лисица упасть и… не встать.

«Так, дальше по списку, не стану томить я.
На ужин, слышь, заяц, тебя буду ждать!
Вопросы?» -- как прежде спросил повелитель.
И губы у зайца вдруг стали дрожать.

«А-а-а, можно мне завтра к тебе не явиться?»
Застыл в ожиданье, в молчанье народ.
Что не перестанет, кто знал, список длиться.
«Так... зайца вычёркиваем... где енот?»

Морали для притчи быть с лёгкой руки:
У страха, как прежде, глаза велики!

Зёрна на ладони
Владимир Шебзухов

С хитринкою произведенье,
(Чего в его твореньях нет)
Решил художник, от безделья,
Изобразить на полотне.

Творением своим довольный,
Ему название даёт --
«А сколько зерён на ладони?»
Название, ведь, всяк поймёт.

Вокруг картины глаз немало.
Доволен каждый был и рад,
Переходя в другое зало,
Что насчитал он — пятьдесят!

Творец в сторонке улыбался.
Сколь было зрителей – не счесть!
Никто взглянуть не догадался
На пальцы, коих было... шесть!

.

Решила хитрая лиса, с расчётом честолюбия
У волка, в разговоре с ним, затронуть самолюбие.

«У нас в лесу свой царь-медведь.Такой слыхала сказ;
Что, где-то в джунглях, некий лев, глава, как бурый наш.

В животном мире два царя – и нет царей других!
Досадно мне, ведь мы друзья, что ты… слабее их!»

Ответил волк:«Я знал о нём. Там, в джунглях, есть и тигр.
Мне дела нет до них и их соперничества игр!

Тебе, хитрющий мой дружок, не спрятать подковырки.
Запоминай и помни: волк -- не выступает… в цирке!»

За что боролись...
Владимир Шебзухов



Сказал Творец, создав корову:
«Живи все шесть десяток лет!
Не бойся в поле молний, грома,
Тебе пастись на нём – чуть свет.
Тому, кто пригоняет с поля,
Всё пощедрее отдавай.
Так будут содержать с любовью.
И про телят не забывай!»

«Не лёгкая моя, знать, доля!
За ропот ты меня прости,
Коли на всё твоя лишь воля,
Но лет мне хватит -- двадцати!»

Дано добро на то прошенье.
Собака создана Творцом.
Своя для псины, в завершенье,
Звучала речь – «Перед крыльцом
Сидеть тебе у дома должно.
И может, даже на цепи.
Облаивать кругом прохожих.
Жить будешь лет до двадцати!»

Задумалась над тем собака.
«Для гавканья мне много лет.
Десяток забери, однако,
Их будто не было и нет.»

Творец с собакой согласился.
На очереди Человек.
Его, создав, и не приснится
Такое, что Творец изрек --
«Живи и жизнью наслаждайся.
Бери, что есть в земном раю.
Пируй, и спи, и развлекайся.
Но двадцать лет тебе даю!»

«Приму твои года-подарки.
Такою жизнью жить да жить!
Лета коровы и собаки,
Дабы бесхозными не быть
И ежели тебе не жалко,
Сумей на радость подарить!»

Так на себя смогли повесить,
Те, без заботы, двадцать лет,
Полвека, лишь отнимем десять,
Чего в корове вовсе нет –
Труд, но с большим переживаньем,
За обеспеченье семьи…

Уже и не считая дни,
На всяк прохожих, знать не знаем,
В оставшиеся десять лет свои,
Сидим и у подъезда… лаем!

.