Человек и Вселенная

Владимир Шебзухов

 

Сомнению Знанье несёт Человек.

Свои есть секреты в познанье, наверное…

«Увижу — поверю!» — он мудро изрек.

«Поверишь — увидишь!» — сказала Вселенная.

.

Родня

Владимир Шебзухов



по Энтони де Мелло

Никак не может сквозь толпу
Попасть корреспондент.
Казалось, только лишь ему
На съёмку дан запрет.

Ведь слышно было «Он живой?» --
«Да, вроде, нет! Не дышит!»
«А, ну-ка, пни его ногой!» --
Даже такое слышит…

Авария… И жертвой пал
Несчастный на дороге…
В редакции, кабы заснял --
Не обивал пороги!

Но тут идея, крикнул вдруг:
«Раздвиньтесь, наконец! --
Так не поняв толпы испуг --
Ведь, жертвы я отец!»

Испуг сменил весёлый смех.
Не мог понять никак...
Но разом удивил он всех,
Коль, жертвой… был ишак!

Пощёчина другу

Владимир Шебзухов



Изнеможённые, в унынье,
Брели два друга по пустыне,
В мечтаньях о морской заре,
Дабы забыть о зной-жаре.

Поспорили о чём-то вдруг…
Хоть спор серьёзным не назвать,
Однако, другу, близкий друг,
В лицо пощёчину смог дать…

Вмиг стало мрачным всё вокруг…
И на песке,  враз написал
Обиженный --   «Мне близкий друг
Пощёчину сегодня дал!»

Брели и далее они…
Им вечер подарил прохладу.
Всю ночь в молчанье провели.
К утру душа нежданно рада!

О, нет! Был вовсе не мираж!
Перед глазами сине море.
Из заточения -- на волю,
Сравнили путники тот час!

Двоих друзей обняли волны.
Надежда в них не умерла.
Своей судьбой они довольны.
Фортуна их не обошла.

Но жизнь сюрпризами полна.
Кто был обижен, захлебнулся
И стал тонуть -- что за дела --
Никак не мог на брег вернуться.

Но друг, что рядом был, помог
И вытащил его на берег.
Спасённый про себя изрёк –
«В Большую Дружбу нужно верить!»

Он высек надпись на скале --
«Мой друг меня от смерти спас!»
От друга слышит – «Странно мне!
Почто -- не на песке, сейчас?»

«Коль друг обидит, мы должны
Писать об этом на песке.
Чтоб ветр, дыханием своим,
Делиться не давал ни с кем!

Но, если друг тебе помог --
На камне высекать не грех
Слова деяний, добрых тех…
Чтоб ветер сдунуть их не смог!»

Грех
Владимир Шебзухов



В саду прогуливаясь, как-то,
Беседуя негромко,
Спросил вдруг юноша монаха,
Растеряно и робко:

«Правдивы часто и мудры,
Твои слова для всех.
Пусть, истины, порой, стары,
Но, что такое… грех?»

Молчать монаху не к лицу,
На заданный вопрос --
«Как помогаешь ты отцу,
Коль вижу, что подрос?»

Едва монах его спросил,
Ответ звучал мгновенно.
Своим рассказом удивил…
Отцу – достойна смена!

«Ответь, отбрось наивный страх;
Коль многим удивляешь,
А как – продолжил речь монах –
Ты женщину желаешь?»

Тут юноша вдруг покраснел
В смущении... в незнанье…
Знать, нужный и ответ поспел,
Монаха, в назиданье.

«С тем согласимся и поймём,
Мы истину и эту --
Грехом с тобою назовём,
Всё, что боится Света!»

Притча о винограде

Владимир Шебзухов



Жил маленький мальчик на свете.
Он слеп от рождения был.
Играть, как ровесники-дети,
Во всякие игры любил.

Конечно, не всё удавалось,
(Слепой, не сыграет в футбол)
От доли, которой досталась,
Наш мальчик, отнюдь, не был зол…

И не по годам слыл он мудрым…
Вот, как-то, был случай такой --
Гулял по базару он с другом.
А друг -- мальчуган озорной.

Чего на базаре им надо?
Об этом любой бы спросил.
Огромную ветвь винограда,
Мальцам, кто-то вдруг подарил.

Делить, меж собою, поладили,
(Для двух пацанов -- не бог весть!)
«Давай по одной виноградине,
По очереди будем есть!»

Довольны остались, казалось.
Не жаль уходящего дня.
Закончена трапезы сладость.
«Зачем обманул ты меня?» --

Слепого укор очевиден.
Две ягоды рвать он сумел.
А, коли молчал друг и видел,
Знать, три виноградины ел!

.

Поверженный кумир

Владимир Шебзухов


"...Другим предавшися мечтам,
Я всё забыть его не мог;
Так храм оставленный - всё храм,
Кумир поверженный - всё бог!"
М. Ю. Лермонтов «Я не люблю тебя; страстей...»

Коль уронил брильянт в песок,
Бессмыслен глас, издавший «Ох!»
Пусть был когда-то и в грязи,
Брильянтом он остаться смог!

Твой друг познается в беде…
А родственник – в невзгодах…
Жена осталась в бедноте,
Но в бедности -- вы оба!

Сумев подняться до небес,
Пыль остаётся пылью…

Кто благо неустанно нес –
Дарует ангел крылья!

Дельный совет
Владимир Шебзухов


Верхом, проделав путь немалый,
Пред самым въездом в стольный град,
Увидел юноша кудрявый,
За изгородью виноград.

Крестьянин рядышком работал.
Устал, видать... аж побледнел...
«Бог в помощь! От твоей заботы,
Прекрасный виноград поспел!»

«Хвала Иисусу и Марии!
А что так смотришь на меня?»
Услышав, всадник сделал вывод,
Что в разговор вступил зазря.

«Высматриваешь – вновь крестьянин
Всё в том же духе продолжал –
Как насладиться бы плодами,
Уж, коль глазами их достал!»

В ответ, спокойными устами --
«Глазами – да! Но вот беда!
За изгородью, что с шипами,
Не окажусь я никогда!»

«Что на уме, пожалуй, знаю –
Своё взволнованно звучит –
Снять с лошади седло мечтаешь,
Да к изгороди прислонить…

Попону на шипы накинуть
И так добраться до плодов!..»

«Глаголешь истину, вестимо –
Совет хороший, будь здоров!»

Старая, старая сказка

Владимир Шебзухов



Ворона набожной была,
Посты со строгостью блюла.

В час разговения, нашла
Вновь сыр, и волю дав крылам
Вспорхнула, дабы вкусно съесть.

Едва на ель сумев присесть,
Как вдруг… (Читатель догадался)
Под елью глас лисы раздался:

«Ты думаешь, наверняка;
Я буду у тебя просить,
Дабы смогла ты клюв раскрыть…
Что не удастся мне никак --
Ни так, ни сяк уговорить!
Отнюдь…
Я к вере, наконец, пришла!
Прозреть -- не дале, как вчера,
Со мной такое приключилось…
Покаяться пришла пора!»

Глаза вороны заискрились…
Прокаркала – «Аминь, сестра!»(?)

Сюжет, с вороною и сыром,
Останется неповторимым.
Но хочется нам в басне сей,
Поверить в искренность... друзей!

.

Ива и Дуб

Владимир Шебзухов



Рос старый дуб с младою ивой…
Росла, по-своему, счастливой
Млада, прислушиваясь к дубу,
Что звался, по-соседски, другом,
Но упрекал несправедливо –

«Как можно быть такою слабой?!
Не дай нам Бог, коль буря грянет!
Хоть, оба будем ей не рады,
Тебе она последней станет!»

И… по-народному — "накаркал";
Заведомо нам иву жалко.
Поднялся сильный ураган.
Kрутил cвоим хвостом Шайтан...
Стучало небо в барабан...
Но дуб не городской платан.
Пусть потерял он много веток,
Изрядно и потрёпан был,
Ан устоять хватило сил.

А что же молодая ива?
Соседа-друга удивила.
Всецело покорилась ветру.
Куда он дул, туда и ветви
Свои покорно наклоняла.
(Поди, секрет, какой-то. знала)
Осталась прежней, как была.
Всю нежность сохранить смогла.

Лишь стихла буря, дуб спросил:
«Откуда ты взяла столь сил,
Пред ураганом устоять,
Остаться прежней? Не понять…
Ведь ты слаба! Ответь скорей!»

«Знать, сила -- в слабости моей!»

Нежданная находка

Владимир Шебзухов

[img]http://w ww.litprichal.ru/upload/136/7300be50367b4c10fa2cb60bf19633db.jpg[/img]

Бродил крестьянин по базару.
Рот без толку не разевал он свой.
Скорей бы отоварить тару,
Да с ней вернуться в дом родной.

Остановился вдруг, зачем-то…
«Вот так находка!» -- вслух изрёк.
Случается такое редко –
Найти нежданно кошелёк.

Глас пролетел над головою --
«Беда случилась на пути!
Мой кошелёк потерян мною!
Кто бы помог его найти?»

Богач, сидевший на верблюде,
Кричал-взывал, что было сил,
То к Небесам, то к смертным людям --
Найти пропажу всех просил.

Вмиг позабыл бедняк о благе.
Предстал с находкой-кошельком.
Вернул потерю бедолаге,
Что на горбах сидел верхом.

Пересчитал богач монеты.
«Здесь, в кошельке, лишь сто монет.
А было двести, вскрыл – и нет их!
Куда девал? Держи ответ!»

Привёл беднягу к мировому,
Мол, так и так, чтоб рассудил!
Судья был знанием подкован,
В народе справедливым слыл.

«Верхом гуляя по базару,
Ты двести вёз монет с собой.
И... голову ломать не стану --
Вернули кошелёк не твой!»

Тут бедняку и привалило!
Ждал он того иль нет, кто знает!
А притча выдаст свой ответ --
Быть честными – не помешает!

Красота и Уродство

Владимир Шебзухов

по Джебран Халилю

На берегу морском, Уродство
Вдруг повстречало Красоту.
Такого рода "инородство",
Свело лишь -- искупаться тут!

Едва с себя одежды сняли,
Отдались ласковым волнам.
Плескаться, плыть не уставали,
Взрывались брызги тут и там...

Уродство на берег вернулось.
И облачилось не в своё.
Ему плевать, что будут думать.
На то — уродства бытиё!

Никак того не ожидала.
Хоть, огорчило Красоту,
Но тем, что на брегу осталось,
Прикрыть сумела наготу.

С тех пор, (не ведая причины)
И принимают — за одно
Другое, женщины, мужчины...
Однако, что кому дано;

Кто созерцал лик Красоты —
В любом обличие узнает.

Уродство же не понимает;
На шик-наряд разинув рты,
Лишь на мгновенье замирают.
И замыкается кольцо —
Уродство, знавшие в лицо,
(Пусть облачается не раз)
Его от их не скроет глаз!

Коты и собаки

Владимир Шебзухов



Вдруг про себя собака молвит:
«Всё ясно! Кто б подумать мог?!
Меня хозяин поит, кормит…
Пожалуй, мой хозяин – Бог!»

Домашний кот подумал тоже --
«Не устаёт кормить меня
Хозяин мой, что гладить может,
Заботится день ото дня!

Всё ясно! Кто б подумать мог?!
А я ведь, не иначе – Бог!»

Не раз случится повстречать –
Кто любит брать, кто… отдавать!